Субъективнее некуда

Только что вернулся с концерта Саваля, который ни с того ни с сего взял и наведался в Ригу. Программа - Les Voix Humaines, места - в самом центре первого ряда. Хорошо, что купил за три месяца "до" - опередили даже президента этой странишки, ютившегося во втором ряду ;).

Самое яркое впечатление - его взгляд, когда произведение уже закончилось и слушатели начинают апплодировать. Кажется, что он всё ещё где-то там и может быть, с радостью остался бы там дольше. Нечто очень похожее когда-то испытал на концерте Леонхарда год назад.

Ещё поразило, что он очень многое рассказывал о музыке - например, комментировал каждую "перестройку" инструмента.

Приобщение к любой музыке - это не просто прослушивание записей, это опыт, объединение многих событий в одном месте и в одно время. В общем, ещё +3 поклонника гамбы, не считая меня - я уже такой давно :).

Посмотрев на заголовок этого поста, многие скажут - ну так таких проблем много, и вроде бы все они достаточно важные. Но на мой взгляд все они происходят от одной-единственной - в практически любом вузе знания преподносятся методами, которые не только нимало не способствуют, но и откровенно препятствуют восприятию и запоминанию.

Вспомним известный лозунг: "В вузе учат учиться". Насколько это правильно? К сожалению, сегодня вместо того, чтобы выдать молоток для забивания гвоздей, студенту не вручается для этой цели вообще ничего - мол, давай, забивай, как можешь. И он действительно обычно забивает, забивает на учёбу. Дело в том, что его заставляют запоминать множество информации, связывать её, делать выводы и так далее при этом совершенно не рассказав ничего из этого списка:

1. Слепой набор
2. Азы скорочтения (хотя бы на уровне интегрального алгоритма чтения)
3. Управление временем
4. Самомотивация и установка целей

Крутись, как хочешь.

Учебные курсы почему-то структурируются не так, как проще для освоения, а по любому другому принципу, например, историческому. Так, практически любой курс по теории вероятностей начинается с упоминаний того, что она выросла из азартных игр. Наверное, никто особенно не задумывается, какие ассоциации это может вызвать и какие предубеждения задействовать. Не думают и потом, когда выдают длиннющие формулы вычисления математического ожидания и моментов различного порядка. Не проще было бы пойти от конца - сначала показать, зачем это нужно, а уже потом объяснять, как это можно получить? Именно поэтому на первой лекции по "Экспертным системам" всегда показываю как это выглядит, а потом уже вместе со студентами иду к цели - пониманию этого механизма.

Ещё одна вещь - изначальное недоверие к студенту. Предполагается, что он обязательно будет сдавать лабораторки не в срок, прогуливать лекции, а потом ещё и использовать шпаргалки на экзамене. Поэтому и нужно применять соответствующие мотивирующие факторы - регулярные контрольные, влияющие на оценку, снижение балла за непосещаемость и так далее. Что, кроме взаимного недоверия, может создать такой подход?

А лекции, которые превращаются в уроки скорописи (ладно бы научили предварительно стенографировать) или, того хуже, каллиграфии (выписывание формул с трёхэтажными дробями)?

Или, например, совершенно безобразная практика в духе "а вот это вы проходили раньше, поэтому должны помнить, а значит, я не буду рассказывать об этом подробнее", после чего смысл в прослушивании дальнейшего напрочь отпадает. Как оказалось, на обучение мотивированного человека чтению, письму и арифметике уходит менее 100 часов (!) - то есть, фактически, две недели рабочего времени. Квинтэссенция многих учебных вузовских курсов влезает в гораздо меньшие рамки - 5-10 часов. Но чего же хотеть, если краткая, ясная и логичная суть маскируется множеством конспектов, хитроумных терминов и прячется в запутанной структуре?

И причина всего этого вполне очевидна - как учили преподавателей, так и они сами будут учить других. Человек забывает об одной из самой потрясающей из своих возможностей - быть проводником перемен. Пережив что-то не очень хорошее, подняться выше и не допустить, чтобы через него же это прошло и другим.

Получается, правы те вузы, которые по старой доброй традиции раздают выпускникам "поплавки". Ведь действительно, многие, дошедшие до этого момента и не утратившие тягу к открытиям и самоусовершенствованию достойны небольшого ордена, хоть даже и такого.

Вчера по рекомендации друзей посмотрел наконец-таки картину "Бойцовский клуб", он же "Fight Club". Вреднее фильма и представить сложно - не помню ещё, чтобы где-то эмоциональное напряжение зрителя поддерживалось рядом достаточно шокирующих и циничных деталей (эпизод со сгоревшей дотла машиной, липосакционной клиникой, монтажом фильмов, рестораном и т. д.). На таком фоне даже совершенно убогие и прямолинейные идеи выглядят как нечто глубокое. Ещё бы - ведь авторы обращаются к животной сущности человека - инстинкту самосохранения, в частности. Хуже то, что таких деталей огромное количество, и они ускользают из памяти, едва успев проскочить на экране. Итог - создание мрачной и отчаянной атмосферы, в которой вполне приемлемым оказывается взрыв нескольких зданий и многое другое, что само по себе смотрелось бы совершенно по-иному. Но не будем говорить о "голливудщине", которой развращают бедного русского зрителя и прочем. Куда страшнее другое.

Обратимся к отзывам на www.imdb.com:

Fight Club is one of the most unique films I have ever seen. In addition to presenting a rather fresh take on life, FC also presents its material in a fresh way. My main interest in the film is in that, in my opinion, it does not present characters for us to think about. Rather, it presents actions for us to think about. I will say that I cannot recall *ever* having been "asked" by a film to both suspend my disbelief the way this film asks in its third act AND at the same time come to terms with an understanding that there is no room--or need--for disbelief.

Perhaps these comments will not make sense to the average movie goer who will dismiss this film--and, unfortunately, its premise--as another hollywood flick filled with gratuitous violence.

Иными словами, человек на полном серьёзе считает эту картину уникальным произведением искусства и - внимание - ставит себя выше "среднестатистического зрителя", который в ней ничего не поймёт.

А вот неплохой пример рецензии на Amazon.com:

It sometimes strikes me that film, as a relatively new form of art, can be just as capable as a book at explaining philosophys and ideas that we can use, perhaps even live by and i believe that Fight Club is such a film. Obviously it is extreme and i am not in any way suggesting that we all join underground anarchist armies BUT the message is real and Nietszchean (as rightfully pointed out by the Amazon reveiwer). <...> Although be warned, it [фильм] may change your life.....

То есть поделка, основывающася на крайне примитивных принципах и механизмах, возводится в ранг шедевра, более того, обыватель начинает проникаться его "силой", находя параллели с Ницше.

Вот здесь-то и скрывается самая опасная сторона массового искусства - оно создаёт иллюзию духовности. Ещё бы - ведь в фильме столько "духовных" тем - борьбы с собой, стремления изменить мир, противостояния накопительству и тяги к вещам... А их примитивнейшее исполнение превосходно усиливается эпизодами, о которых мы вспомнили чуть выше. Вот он - рецепт "сильного" фильма по заверениям наших современников.

Зритель думает о духовности и ощущает её в самом себе. В Сети и в жизни он встречает множество себе подобных - и укрепляется в этом ещё больше. Он с радостью приемлет эту пищу для "умов", готовых рассуждать о вселенских вопросах здесь и сейчас, за кружкой пива или на кухне. А завтра, прослушав что-нибудь из Вивальди в "современной обработке" будет говорить, что любит классическую музыку и часто её слушает.

И это очень удобная позиция - ведь не каждый вот так сразу возьмётся организовывать что-то, подобное событиям в фильме. А значит, у этого нашего зрителя есть вполне весомые основания только говорить о высоких материях, не предпринимая ничего похожего. Иллюзорная духовность торжествует.

Будем разборчивы.

Визит двухлетней давности в Ниццу не то чтобы сильно расстроил, но явно просил повторения всё это время. Ещё бы - не попасть в музей Матисса, потому что он закрыт на реконструкцию, не попасть в парк Шато, потому что он работает только до 19:00 и - самое обидное - обойти вокруг старый город Монте-Карло, даже не зайдя в него...

Хотя хороших впечатлений тоже было немало - более концентрированных двух с половиной дней в жизни наверное и не вспомню.

И конечно, намертво склеившиеся друг с другом огни на окрестных горах и вот это:



Но неет, на этот раз всё будет по-другому. Ещё бы, день пятилетия открытия JPS, о котором проникновенно писал 110100,  да и юбилейчик как бы... Решить бы только жизненный вариант задачи о рюкзаке - ведь успеть придётся действительно много. Да ещё совсем некстати на глаза попалась книжка про Пикассо, которая сразу же была проглочена - а ведь там совсем недалеко есть его музей.

Всегда приятно возвращаться туда, где ты уже был раньше. Не для того, чтобы посмотреть, как всё изменилось там. А чтобы самому и вернуться в то время, когда много было по-другому, и понять, насколько переменился внутренне. Осталось только дождаться 21-го июня :).

P.S. И всё-таки, очень здорово, что никто из моих попутчиков там ещё не был. Будет возможность сделать неожиданный сюрприз в виде разных интересных достопримечательностей в ещё более неожиданный момент ;).

Я верю в мир, где человек может прожить несколько жизней. В мир, где Career Shift той или иной степени значительности происходит легко и естественно. Препятствуют этому два зла - специализация и необратимость.

В европейской и во многих других культурах человек живёт своего рода каскадной моделью (термин взят из разработки програмного обеспечения) - детство, школа, выбор профессии, образование, работа, пенсия. Каждый привык, что выбор профессии происходит только один раз и не может меняться в течение жизни, разве что в порядке редкого исключения. Кое-где специализация приобретает и вовсе уродливые формы, например, разные варианты госэкзаменов в школе в зависимости от выбранного направления - технического или гуманитарного. И чем дальше происходит движение, тем необратимее кажется сделанный некогда выбор.

Не так давно человечество пережило революцию - высшее образование стало доступно практически всем. Появилась возможность меняться взамен на деньги и время. Сегодняшний вуз - обычная коммерческая компания со своими проблемами вроде привлечения и удержания клиентов, качеством услуг и конкуренцией.

Ещё один серьёзнейший шаг вперёд - образование дистанционное, где значительно уменьшены временные затраты.

Но смогло ли всё это уничтожить специализацию и необратимость? Нет, не смогло. Большинство как и ранее проживают одну-единственную жизнь, вместо того, чтобы успеть сразу несколько.

Нельзя сказать, что такой подход к образованию явился результатом того, что очень и очень многие наши современники уверены, что "занимаются не тем, чем должны". Главная проблема здесь в том, что у них не было и нет возможности попробовать то самое вожделенное дело ещё задолго до того, как брать обязательства - например, поступать в вуз, тратить своё время на освоение чего-то самостоятельно и так далее. И верно - ведь для того, чтобы начать, нужно обладать предварительными знаниями, а не только стремлением. И отсутствие первого зачастую вызывает в людях вскоре и отсутствие второго.

Поэтому довольно забавно наблюдать попытки людей-"революционеров" от образования повышать мотивацию студентов с помощью различных современных технологий. Форма - не имеет значения. Главное, что внутреннее содержание, в данном случае, достаточно порочное, остаётся прежним.

Чуть больше, чем год назад, мне хотелось поучаствовать в чём-то подобном, хотя то, как это могло бы выглядеть, было скрыто. Теперь ясность есть, осталось только сделать, хотя и только для одной области. И не позднее, чем в следующем году.

В прошлую субботу довелось читать небольшой очерк Александра Мишарина о Тарковском, вместе с которым они создали сценарий к "Зеркалу". До сих пор ни у одного из биографов Мастера не доводилось встречать детали их отношений, и до недавнего момента я совершенно не мог увидеть, насколько близкими они были. Мишарин крайне редко вспоминал что-то, по собственному признанию, он боялся потерять Тарковского, рассказывая о нём.

Нет смысла пересказывать текст, главное, что я не встречал более точного описания дружеских отношений величайшей степени близости. Иначе и быть не могло - как два чужих или даже хотя бы неплохо знакомых человека могли создать настолько личный и искренний фильм как "Зеркало"? Ведь сценарий наверняка требовал от них полного раскрытия друг перед другом и обнажения чего-то не всегда приятного. Итог - один из величайших примеров совместного творения в истории искусства.

После прочтения этого короткого очерка моим сильнейшим желанием было встретиться с Мишариным. Я вдруг понял, что хотел бы у него спросить, что хотел бы ему рассказать. Появилась готовность ехать куда угодно за свой счёт, просить отпуск, бросать практически всё на пару дней, а то и недель. А пальцы тем временем вбили в окно Google его имя и фамилию. Я ни на миг не сомневался, что перед моим искренним желанием и внутренней необходимостью не устоит ничто. И правда, разве большая проблема - найти человека, к тому же, столь известного?

Увы, первая же ссылка сообщила:

16 апр 2008 ... Ушел Александр Мишарин. Еще одна ниточка порвалась с Андреем Тарковским (а Мишарин - соавтора сценария "Зекркала" и снимался в предыдущкс ...

Не получится.

К сожалению, о любых подробностях этой совместной работы придётся догадываться и додумывать.

Но стоило только оглядеться вокруг, и вдруг видимыми стали множество примеров того же самого по сути явления в казалось бы повседневной жизни. Не всегда со-творчество может пользоваться такими формами для выражения, не всегда о нём будут знать широкие массы или даже хотя бы кто-то третий. Но это ничуть не умаляет его бесценной внутренней ценности.

Любое совместное творчество сакрально по своей сути. Не все из нас могут позволить себе снимать фильм или писать книгу. Но искусство вокруг нас - записи, концерты, картины, выставки, музеи, таящие в себе множество открытий, которые от совместного приобщения могут качественно выиграть и усилиться. Более того, нечто подобное можно видеть и в совершенно других сферах жизни, например, в том же спорте.

Впрочем, необходимым условием для этого является открытость и готовность. Как часто мы предлагаем другим то, к чему они не были готовы или что им не было нужно. Лично у меня примеров таких хватает и в далёком, и в совсем-совсем недавнем прошлом.

Иногда постоянное сопротивление людей подобным опытам просто поражает, но потом приходит время делать выводы - не тратить время на бесполезное и концентрироваться на том, что по-настоящему дорого. Будь это "вклад в отечественную абсурдную литературу", партия в теннис или поход в оперу.

Или вхождение всем существом в Седьмую.

Или что-то, что ещё предстоит. К счастью, есть ещё Люди, которые могут сделать это возможным. Хотя их и становится всё меньше и меньше - то ли дело в элементарнейшнем недостатке кругозора, то ли в отсутствии желания делать открытия, то ли просто в лени и нежелании. А скорее даже в непонимании того, что из-за этого теряешь.

Любые проблемы всегда несут и что-то позитивное. После вот субботнего события мало того, что появился качественно новый стимул заняться уже наконец блокфлейтой, так ещё и появилась ясность насчёт того, кому моя жалкая жизнь интересна, а кому - до одного места.

Не знаю почему, но меня всегда до одержимости интересовало изменение людей. Что случается в моменты, когда вся жизнь делится на "до" и "после"? Что заставляет человека полностью поменять внутреннюю сущность, решившись на что-то совершенно иное, то, чего раньше не было?

Именно этот момент - наиболее мистический из всех, что мы можем встретить. Возможно, именно благодаря каждому из них мир приобрёл несказанно много.

Так, что-то заставило сорокалетнего Брукнера обратиться к жанру симфоний. Первым двум опытам он даже не дал номеров (ныне они известны как симфонии №0 и №00), последующие очень долго не находили никакого признания среди современников. Но произошло что-то, после чего из сельского учителя и вполне рядового композитора духовной музыки он превратился в одного из величайших симфонистов всех времён и народов.

Кандинский, сделавший уже к тому времени неплохую карьеру в юриспруденции, после созерцания "Стога сена" Моне и "Лоэнгрина" Вагнера решает полностью посвятить себя совершенно новой живописи и становится одним из величайших революционеров в истории искусства. В его жизни тоже был этот момент абсолютного изменения сущности, после которого человек становится совершенно другим.

Впрочем, гораздо ближе и явнее доводилось видеть такую же внезапную перемену в людях, но в другую сторону. Отзывчивые вдруг становятся безразличными, искренние - замкнутыми, приветливые - резкими.

В любом случае, такую перемену может спровоцировать только какое-то открытие, озарение. Причём часто важно даже не внешнее событие, а что-то, что происходит внутри человека. Это одна из вещей, в которых даже не хочется детально разбираться, да и это вряд ли возможно. Но приобщаться к таким совершенно личным и мистическим опытам бесконечно интересно.

Bruckner as a silhouette entering heaven. He is greeted from left to right by Liszt, Wagner, Schubert, Schumann, Weber, Mozart, Beethoven, Gluck, Haydn, Handel, and Bach, at the organ.

Взято отсюда

Что ни говори, а если тебе чуть больше двадцати и на тебе нет как минимум костюма, как максимума - галстука, в Brucknerhaus (www.brucknerhaus.at) ты будешь выделяться в любое время года и суток. Но какая разница - ведь туда мы пришли исключительно за музыкой.

Все четыре части Седьмой Брукнера настолько глубоки и эмоциональны, что вполне равны четырём отдельным симфониям. Возможно, именно поэтому у меня в голове всё никак не могла сформироваться цельная картина - каждая из них воспринималась совершенно отдельно. Впрочем, после прослушивания "живого" варианта это осталось в прошлом. Безусловно всё, что написано ниже, исключительно субъективно и навеяно одной вполне конкретной интерпретацией и вполне конкретным настроением.

Часть первая - в ней я услышал сожаление о чём-то, что прошло и что заменилось чем-то другим. Ушедшего не вернуть, а любые попытки вернуться туда прерываются мыслями о дне текущем, в котором не осталось того старого, что было особенно дорого. Возможно, это даже не касается только одного человека, а всего мира, который стремительно изменился.

Но настоящий художник не может оставаться один, он должен чувствовать то, что происходит вокруг. Во время работы над симфонией умирает Вагнер, и автор тяжело переживает это событие. Вторую часть Седьмой называют своебразной данью уважения Учителю. В такие моменты человек не может не вспомнить различные события, связанные с человеком, который теперь в прошлом, не ощущать своего одиночества. Но как христианин не может он и не беспокоиться о загробной участи усопшего. И, опять же, как христианин, он обращается к Творцу и получает разрешение от своих мыслей.

Часть третья - переход от человека обычного к человеку, который может всё. Эмоции остались позади, ничто не огорчает, остаётся только наслаждаться собственной цельностью.

Четвёртая часть говорит о серьёзных изменениях, затрагивающих самые основы чего-то, всё самое ценное и важное:



Величайшая деструктивная сила сносит всё, что дорого. Возможно, это воспоминания или наоборот видение будущего. Но теперь человек, прошедший через скорби, готов к ним. Даже несмотря на то, что на этот раз всё гораздо значительнее, чем в первой и второй частях. Человек готов ко встрече с абсолютным злом и не собирается бороться с ним. Он переходит в совершенно иное качество, когда непротивление злу - это не покорность ему, а единственное средство не повредиться от него. Пусть что-то по порядку уничтожает всё вокруг, но в конце у человека, который может всё, остаётся что-то, что невозможно уничтожить.

Каждый из нас может перейти в это состояние хотя бы на некоторое время. Хотя мне довелось видеть это не в себе всего один раз.